Зет - Илья Витальевич Косов

class="p1">Он видел бедняков и голодающих крестьян, видел сирот и слуг, что страдали от насилия высшего общества. Он видел загнивающие земли, годами простаивающие брошенные селения, видел «чернь» — всю грязную, со впалыми глазами, в лохмотьях, без надежды. Причиной была знать. Кому же верить и кто прав? Весь мир бы дал простой ответ, что право большинство, а юноша лишь следовал за ним. И разве виноват он был, что мать его как белая ворона в этом мире?

Но вот он встретил и его, парня, в честь которого ему дали имя. Он не обмолвился и словом с ним, но было что-то в нем такое, что не от мира сего, он был похож на герцогиню. Пришел из ниоткуда спустя десяток лет, живой, здоровый, глаза горят желанием, а он лишь следует ему. Так кто же прав?

Зен слишком мало знал о мире. Книги лишь давали знания, но не опыт. Герцогиня редко посещала всяческие мероприятия, балы, а сам он появиться на них редко мог, ведь не вышел еще в свет. Так, где же брать ему ответ? Быть может, тот странный парень сможет подсказать?

* * *

Зет встал в хорошем настроении, хоть и был бесцеремонно разбужен неугомонной Фран. Оделся, не уложив растрепанные волосы, и вышел из покоев. После обеда он должен был опять закрыться с Бьянкой в тайной комнате, чтобы продолжить обсуждение плана, а сейчас он как раз раздумывал, чем бы ему заняться, расхаживая по поместью.

— Доброго утра вам, господин Зет. — окликнул седовласого юноша, когда тот слонялся по саду.

Зет лишь кивнул головой в знак приветствия, что несколько смутила герцогского сына, но тот не подал виду и продолжил разговор.

— Если вы не против, я хотел бы побеседовать… в тайне от матушки. — с серьезным видом заявил юноша.

— Хорошо, веди.

Манера его речи вводила Зена в ступор, что он сначала даже не понял, куда ему нужно вести, и что в этом хорошего. Ему потребовалось время, чтоб сообразить, что таким образом тот согласился и попросил отойти туда, где их никто не услышит.

Проследовав чуть глубже через сад, они вышли к одиноко стоящей яблоне на краю поместья. Местечко было и впрямь укромным, вдали от слуг и герцогини.

— Матушка не часто распространялась о своем прошлом, и я подумал, быть может вы расскажете.

— Что ты хочешь знать?

— Вы действительно согласны поведать всё, о чем бы я не спросил? — немного засомневавшись, спросил юноша.

— Да… Я знаю причину, по которой она не рассказывала. Но думаю, тебе пора бы уже знать.

— Тогда, могли бы вы рассказать о том, как повстречались с матушкой?

— Это было почти двадцать лет назад. Тогда я жил в одном из осколков Осирии. Бьянка отправилась туда по поручению командира герцогских рыцарей вместе со своим отрядом. Я спас их там от одной твари, и она предложила мне отправиться с ней вместе в столичную академию.

«Жил? Как можно жить в осколке?! Что за странный парень?», — вертелись мысли в голове Зена, и удивление отразилось на его обычно беспристрастном лице.

— Простите, я не могу понять, почему матушка сделала такое предложение человеку, которого встретила впервые.

— Ты знаешь о предыдущей герцогине? — спросил Зет, на что юноша отрицательно покачал головой. — Хмм, как бы описать её… То была редкостная мразь, каких еще поискать надо! — оскалившись, ответил седовласый. Лицо юноши побледнело, и тот вдруг понял, что, возможно, он сейчас услышит то, чего не следовало…

Глава 20 Побег

— Редкостная мразь! — прогремели слова Зета в голове юноши, и того прошибло словно молнией. — Знал же, что у неё еще и пара братьев была? Так вот она с ними за роль наследника боролась, а мачехе это было совсем не по нраву — яд, аварии, наемные убийцы, четыре года эта мразь пыталась избавиться от Бьянки. Она знала, что так и будет, поэтому ей нужен был я.

— В-вот оно как…

— Твоя мать… она много лет наблюдала за тем, как её люди в герцогстве страдали от жадности герцогской семейки и вкушали все прелести своего положения в роли рабов аристократии. Вот она и взбунтовалась. Как только мы закончили обучение в столичной академии, отправились в поместье, там она и предъявила свои права на наследство, а герцогине отрубила голову. — закончив излагать эту нелицеприятную правду о матушке герцогского сына, Зет замолчал. А юноша глубоко задумался.

— Вы считаете, матушка поступила правильно? — осторожно спросил он. Зет ждал этого вопроса, именно его слово в слово он помнил вот уже на протяжении десятка лет. Он знал, что должен ответить, знал, к чему это приведет, и такой расклад его точно устраивал.

— «Правильно»? Нет тут ни хрена правильного или неправильного… Какой у тебя дар, малец?

— …Лисса.

Уникальный дар, олицетворение бешенства и безумия, владелец получает огромную силу в обмен на целостность своего рассудка и лишает его же своих врагов, схватка с ним превращается в кровавое побоище, после которого останется лишь он один, в безумии пожирающий трупы проигравших.

— Хм, так ведь это твое призвание, сами боги наградили тебя этим даром… Что же ты не следуешь ему? — холодно произнес Зет и направил свой безжизненный взгляд на юношу, заставив того вздрогнуть.

— Так ведь это…

— «Неправильно»? Мало кто задается таким вопросом, убийца убивает, художник рисует, император правит империей… Ты ничего не знаешь об этом мире. Хочешь узнать? Так иди, здесь ты не найдешь ответов.

— Идти… но куда? — юноша был поглощен тихим голосом Зета, он внимал каждому его слову.

— Узнавать жизнь. Погляди на высшее общество, которым ты так восхищаешься, посмотри на крестьян, которых презираешь. Что? Струсил? Никто не даст тебе ответов — ни я, ни твоя мать.

— Предлагаете мне просто сбежать?! Но как же я могу? Я наследник, необходимо закончить обучение и матушка… — воспротивился Зен.

— Решай сам. Хочешь и дальше быть «его» куклой или же нет. Больше мне нечего тебе сказать. — кинув последний взгляд на опустившего плечи юношу, Зет ушел, оставив лишь бардак из множества противоречивых мыслей в голове Зена.

Его дело было сделано, и он уже знает, к чему это приведет. Юноше оставалось лишь поступить так, как должно, так, как было предсказано…

* * *

Юноши нигде не было видно, и Зет с Бьянкой отобедали вдвоем, вдвоем же они и спустились опять в тайную комнату.

Герцогиня села за дубовый широкий стол покрытый картами и документами, а Зет расположился в облюбованном углу. Тусклая одинокая свеча освещала заплетенные белоснежные волосы